Основные проблемы, с которыми прикамцы обращаются к Уполномоченному по правам человека в Пермском крае

Интервью с Уполномоченным по правам человека в Пермском крае -
Павлом Владимировичем Миковым.



Павел Миков: «Мы должны системно заниматься правовым просвещением»

Павел Миков рассказывает читателям портала pravovsem59.ru об основных проблемах, с которыми прикамцы обращаются к Уполномоченному по правам человека в Пермском крае, и о том, почему оказание бесплатной юридической помощи — очень важное, но не исчерпывающее направление деятельности в области защиты прав граждан.

В 2017 году почта Уполномоченного по правам человека, как и в предыдущие годы, была достаточно объемной: поступило 7661 обращение, обратилось 13226 граждан, проживающих не только на территории Пермского края, но из других субъектов Российской Федерации, и даже из зарубежных стран. Характер обращений показывает, что структура проблем, которые волнуют наших граждан, последние пять лет практически не меняется. Это свидетельствует о том, что принимаемых мер для решения этих проблем недостаточно.

О жилищном вопросе

Первая по значимости проблема, с которой люди обращаются к Уполномоченному по правам человека в Пермском крае, — это жилищный вопрос. Отмечу, что эта проблема занимает первое место и на федеральном уровне. Причины для обращений разные. Во-первых, в некоторых территориях так и не сформирован маневренный фонд жилья для граждан, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, то есть тех, кто в силу разных причин лишается единственного жилья. Во-вторых, не хватает социального жилья для граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий по договору соцнайма. В-третьих, нужно решать ситуации, связанные с невозможностью выплаты ипотечного кредита, влекущие за собой выселение из жилья. Замечу, что основную часть обратившихся с этим вопросом составляют молодые родители. Есть также коллективные обращения дольщиков и пайщиков, которые мошенническим образом были лишены уже оплаченного, но недостроенного жилого помещения.

К сожалению, традиционно остается большим количество обращений граждан из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не могут реализовать право на получения жилья от государства. Их либо не ставят на учет, либо не признают нуждающимися в жилом помещении, либо не предоставляют жилое помещение в соответствии с требованиями законодательства, либо предоставляют жилье не там, где хотелось бы его получить. То есть молодой человек давно живет, например, в Перми, у него есть здесь семья и работа, а ему предоставляют жилье в Красновишерске, потому что на учет он поставлен именно там. Таким образом, весь комплекс проблем, который накапливался в последние годы в отношении детей-сирот, остается прежним. В 2017 году к нему добавились и множество жалоб по качеству предоставленного жилья. В частности, были обращения из Краснокамского района, где в поселке Оверята были построены два дома, в которых в первую же зиму полностью промерзли угловые квартиры. Аналогичные ситуации были в Осе, в Верещагино. Хочу отметить, что одним из первых решений Максима Решетникова, тогда еще в статусе исполняющего обязанности губернатора Пермского края, было увеличение средств из бюджета Пермского края на обеспечение жильем детей-сирот. Также по его распоряжению была проведена инвентаризация 2 600 квартир, которые были предоставлены за последние годы детям-сиротам. В результате был составлен реестр квартир, которые требуют ремонта, и из регионального бюджета были выделены на это средства. Хотя, на мой взгляд, следовало бы заставить застройщиков выполнить свои обязательства и привести эти квартиры в нормативное состояние. Впрочем, Пермский край на фоне других субъектов в Приволжском федеральном округе по вопросам обеспечения жильем детей-сирот выглядит достаточно оптимистично: на эти цели ежегодно выделяется около миллиарда рублей, а в прошлом году жилье получили более тысячи детей-сирот.

На мой взгляд, есть необходимость внесения изменений в федеральное законодательство. В частности, я не считаю правильным, что мы предлагаем молодым людям из числа детей-сирот, многие из которых уже поменяли место жительства, создали свои семьи, имеют постоянную работу, один-единственный вариант обеспечения жильем — по тому месту, где они были поставлены на учет. Поэтому многие из них вынуждены подписывать договоры найма спецжилфонда, где фактически не проживают, и на протяжении пяти лет — до заключения договора социального найма — это жилье просто пустует, поскольку даже в аренду сдать жилье спецжилфонда нельзя. Это одна проблема, территориальная. Вторая — эти пресловутые пять лет.

На протяжении пяти лет законодательство фактически привязывает молодого человека к спецжилфонду, хотя он точно такой же дееспособный гражданин, как и все мы. Говорят, что таким образом закон защищает его от возможных мошеннических действий по отчуждению жилого помещения. Но, позвольте, для этого есть у нас другой механизм — дополнительная мера социальной поддержки по постинтернатному сопровождению. За каждым выпускником из государственного учреждения либо из приемной семьи закрепляется постинтернатный воспитатель, который обязан обеспечить благополучие выпускника в решении жилищной проблемы, получении образования и трудоустройстве. Вот этот механизм и обеспечит сохранность жилого помещения, а пятилетний срок нужно снижать хотя бы до трех лет, для более социально адаптированных — до года.

Кроме того, у нас есть много обращений молодых людей из числа детей-сирот, которые хотят сразу приобрести жилье в собственность с учетом имеющихся у них средств. Так почему бы нам не вернуться к жилищным сертификатам, существовавшим до 1 января 2013 года? До этого времени субъекты РФ могли предоставлять жилье детям-сиротам не только по договорам социального найма, но и имели право искать иные механизмы обеспечения жильем. В Прикамье лицам из числа детей-сирот, достигшим возраста 23 лет и стоящим на учете, по их желанию выдавался целевой жилищный сертификат, с помощью которого и с привлечением собственных или заемных средств они покупали жилье, которое хотели, и там, где хотели. Молодым людям старше 23 лет, не реализовавшим свое право на получение жилья, предлагалась единовременная целевая выплата, на которую он также приобретал себе жилое помещение. Третьим предусмотренным законом механизмом обеспечения жильем был договор соцнайма. После же внесения изменений в федеральное законодательство у нас сохранился единственный механизм обеспечения жильем детей-сирот — предоставление жилого помещения по договору найма специализированного жилищного фонда. Этот жилищный фонд принадлежит государству, и молодой человек из числа детей-сирот имеет право только пользоваться жилым помещением и несет обязанности по его содержанию. По истечении пяти лет специальная комиссия заключает с молодым человеком договор социального найма этого жилого помещения, если признает, что он социально адаптировался. Если же нет — договор найма специализированного жилищного фонда продляется еще на пять лет. Таким образом мы, по сути дела, законодательно стигматизируем молодых людей из числа детей-сирот и не позволяем им быть социально активными и действительно эффективно адаптироваться. О какой социальной и трудовой мобильности для этой категории граждан может идти речь в этом случае?

О праве на охрану здоровья и оказание медицинской помощи

Второй большой блок обращений — как у нас, так и на федеральном уровне — составляют обращения, связанные с правом на охрану здоровья и оказание медицинской помощи. 2017 год был наполнен резонансными событиями в сфере здравоохранения и тема доступности бесплатной медицинской помощи была сверхактуальна для всех граждан России. Пермский край откликнулся большим числом обращений в адрес Уполномоченного в связи с реформой здравоохранения. Особенно это касалось случаев закрытия фельдшерско-акушерских пунктов или сельских амбулаторий в труднодоступных и удаленных территориях Прикамья: Чердынском, Красновишерском, Гайнском районах, да и вообще всех северных территориях края, где при выстраивании трехуровневой системы оказания медицинской помощи закрывались ФАПы. Жители деревень и сел писали коллективные обращения — в адрес Уполномоченного, губернатора и даже Президента — и, к счастью, к концу 2017 года ситуация начала улучшаться. Краевым правительством была принята программа не просто сохранения, но и расширения сети первичной медицинской помощи, на 2018 год в бюджете были заложены средства на строительство новых ФАПов, поликлиник — в первую очередь детских. Более активно заработал и механизм санавиаци. Таким образом, острота проблемы доступности медицинской помощи снизилась, как и количество связанных с этим обращений, но стало увеличиваться число жалоб на неэтичное отношение к пациентам со стороны медицинских работников, которым, к сожалению, по результатам проверок действительно находились подтверждения.

Граждане жаловались не только на прямые оскорбления либо неподобающее поведение по отношению к пациентам. Неэтичность поведения заключается еще и в неинформировании пациента либо его ближайшего окружения об истинном положении пациента и предпринимаемых врачами мерах. А ведь право на информацию о состоянии собственного здоровья имеет каждый из нас, давая информированное добровольное согласие на медицинские манипуляции. И вот это неведение порождает очень много страхов.

Особо нужно отметить, что очень серьезно сейчас родственники относятся к любой смерти пациента в больнице, особенно если это касается детей. Люди склонны винить в таких ситуациях исключительно врачей, считая причиной смерти либо халатность, либо врачебную ошибку. И, как правило, сразу же пишут заявление в следственные органы. Да, в ряде случаев здесь можно говорить о пациентском экстремизме, но эту проблему можно было бы решать диалогом врача и пациента или родственников пациента. Нужно сказать, что в сфере здравоохранения у нас уже имеется успешный опыт в разрешении конфликтных ситуаций между пациентами и врачами с помощью медиаторов. Еще в 2014 году при разрешении конфликта в Федеральном центре сердечно-сосудистой хирургии мы впервые обратились к профессиональным медиаторам. В 2017 году такого опыта стало чуть больше, и мне кажется, что в последующие годы медиация в системе здравоохранения должна частью нормы взаимоотношений между пациентским и врачебным сообществами. Это, с одной стороны, снимет излишнее напряжение, а с другой стороны, разгрузит государственную систему, снимая необходимость проведения следственных действий, судебных процедур и так далее.

О праве на эффективную государственную защиту

С обращениями, связанными с правом на эффективную государственную защиту, к нам обращаются в основном лица, находящиеся в местах принудительного содержания. К сожалению, Пермский край занимает третье место среди субъектов РФ по количеству пенитенциарных учреждений и количеству тюремного населения. У нас 37 учреждений, где содержатся около 20 тысяч граждан — это очень серьезно. И каждое третье обращение, которое поступает в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае, приходит именно из мест лишения свободы. Жалобы, содержащиеся в них, связаны с неэффективными мерами государственной защиты: люди не согласны с приговорами судов, с проведенными следственными действиями, с теми дисциплинарными взысканиями, которые на них накладывают в местах лишения свободы. В последнее время чаще стали поступать обращения, связанные необходимостью перевода заключенных, отбывающих наказание в Пермском крае, в колонии по месту их жительства. Это действительно серьезная проблема, не только наша, но и федеральная. Экстерриториальное отбывание наказания не способствует ресоциализации заключенных и их дальнейшему встраиванию в гражданскую жизнь после освобождения. Поэтому надо менять подходы в правоприменительной практике и максимально направлять для отбывания наказания осужденных в те колонии, которые находятся ближе к их месту жительства, месту жительства их семьи.

Достаточное количество обращений поступает от женщин, имеющих несовершеннолетних детей с просьбой, чтобы им, в соответствии со статьей 82 УК РФ, была предоставлена отсрочка отбывания наказания до достижения детьми возраста 14 лет. Действительно, мы посмотрели судебную практику, и пришли к выводу, что суды, к сожалению, крайне редко, бессистемно и избирательно применяют эту норму. Виновница иркутской трагедии двухлетней давности, сбившая насмерть на пешеходном переходе двух человек, получила отсрочку, потому что у нее был маленький ребенок. Мы же в прошлом году пытались помочь многодетной матери, которая была осуждена по экономическому преступлению. У нее трое детей, причем двое — в возрасте до 14 лет, но, к сожалению, ни районный, ни краевой суд к ней норму об отсрочке отбывания наказания не применил. Она была осуждена на семь лет лишения свободы, трое детей сейчас находятся под опекой бабушки. Кому от этого легче стало? Государству? Детям? Поэтому нужно, чтобы практику применения статьи 82 УК РФ обобщил Верховный суд РФ, сделав ее единообразной.

К сожалению, число тюремного населения в России очень велико. И с этим связаны не только социальные, но и экономические проблемы, а также проблемы со здоровьем граждан — не только тех, которые находятся в местах лишения свободы, но всех остальных. Почему у нас край неблагополучный по такому социально опасному заболеванию, как туберкулез? Потому что у нас огромное количество тюремного населения, и этот высокий показатель по туберкулезу прежде всего дают заключенные. Нужно ставить задачу по снижению количества тюремного населения на федеральном уровне. И в этом отношении предложения о декриминализации отдельных незначительных преступлений и переводе их из категории преступлений в категорию уголовных проступков, чтобы по ним можно было применять наказание, не связанное с лишением свободы — это, на мой взгляд, очень правильная тенденция. Такой подход позволит снизить количество тюремного населения и, самое главное, позволит повысить уровень дальнейшей ресоциализации лиц, преступивших закон.

О системе оказания бесплатной юридической помощи

Каждый год в закон «О бесплатной юридической помощи в Пермском крае» вносятся изменения в части расширения групп граждан, которые имеют право на получение бесплатной юридической помощи. В эту систему на сегодняшний день включены все социально уязвимые категории и, на мой взгляд, даже чуть шире, например, обманутые дольщики, которые не всегда являются малоимущими, но, тем не менее, имеют право на получение бесплатной юридической помощи. Таким образом, доступность бесплатной юридической помощи в Пермском крае можно оценить как достаточно высокую. Но нельзя сказать, что эта деятельность у нас хорошо скоординирована. В ряде субъектов РФ созданы координационные советы по оказанию бесплатной юридической помощи и повышению правовой культуры населения. Например, в Вологодской области такой координационный совет создан при правительстве области и возглавляет его вице-губернатор — а это уже совсем другой уровень организационной обеспеченности и координации деятельности всех субъектов оказания бесплатной юридической помощи. И самое главное — в самом названии этого органа указана не только бесплатная юридическая помощь, но и повышении правовой культуры. Если мы не будем последовательно выстраивать систему правового просвещения, повышения уровня правового сознания и правовой культуры граждан, то расширять список категорий граждан, имеющих право на бесплатную юридическую помощь, можно до бесконечности. На мой взгляд, нужно, изучив опыт других субъектов РФ, создать на уровне правительства Пермского края коллегиальный координационный совет, в который войдут все субъекты оказания бесплатной юридической помощи. И также по опыту других субъектов РФ — например, Ульяновской, Вологодской, Ярославской областей — нужно создать краевую государственную программу по повышению правовой культуры и развитию системы правового просвещения, в рамках которой вести системную работу. Тем более что такой опыт в Прикамье был, у нас действовали программы, направленные на максимально широкое правовое просвещения граждан. К сожалению, в 2011 году последняя редакция такой программы была завершена, а новый состав правительства в 2012 году такую программу не сформулировал, несмотря на то, что мы каждый год говорим о ее необходимости. Надеюсь, что это произойдет сейчас в рамках исполнения Указа Президента РФ по развитию правосознания и повышению правовой грамотности граждан. Замечу, что мы готовы создать проект такой программы и предложить его для рассмотрения правительству края. Подобная программа очень актуальна сегодня, поскольку уровень правового нигилизма среди молодых людей просто зашкаливает. Впрочем, в таком же положении находятся и люди старшего поколения, которые становятся жертвами «черных маклеров», недобросовестных риелторов и так далее. Множество проблем, возникающих у граждан, связаны с тем, что они не знают или неверно понимают ту или иную норму закона в современных условиях, когда ежегодно только на федеральном уровне принимается до 15 тысяч законов и подзаконных актов. Когда человеку успеть самому все это изучить? Поэтому надо системно подходить к вопросам правового просвещения, и краевая программа, связанная с правовым просвещением, жизненно необходима.