Врачи представляют собой специфическую профессиональную группу, имеющую квалификационные (по отношению к другим медицинским работникам) и целевые (по отношению к любым другим профессиональным группам) отличия.
Их деятельность связана с высокой степенью нервно-психического и физического напряжения, исключительной социальной ответственностью, необходимостью большого объема специальных знаний и умений, способностью к их творческому применению, с постоянными рисками.
Затраты времени на получение профессионального медицинского образования в среднем составляют 9 лет. Средняя заработная плата врачей – примерно 8000 рублей в месяц (при этом доходы имеют серьезную внутригрупповую дифференциацию: зарплата наиболее высокооплачиваемой группы врачей превышает наименее оплачиваемую группу почти в четыре раза). В то же время врачи продолжают представлять собой группу с выраженной альтруистической мотивацией. Они сострадают переживаниям больного и согласны помогать ему даже в ущерб своим собственным материальным и иным интересам. Результаты работы врача имеют непосредственный социальный эффект, от которого во многом зависит не только жизнь конкретных людей, но и стабильность общества в целом. Все это позволяет говорить о том, что представители данной профессиональной группы имеют особую ценность для общества.
В то же время условия их труда, материальное обеспечение, условия повышения квалификации, моральный статус в глазах пациентов не соответствуют их социальной значимости. Негативное и в целом некомпетентное отношение СМИ (в частности, как правило, в СМИ не отличают ошибки от проступков и преступлений, термин «врачебная ошибка» употребляется в смысле «медицинская ошибка»), а также низкий уровень финансирования, неразработанность юридических норм профессиональной деятельности – все это позволяет говорить о низком уровне социальной защищенности врачей. Для того чтобы тенденция падения престижа врача в обществе не стала необратимой, необходимо определить доступные способы его социальной защиты, распределение функций между субъектами этой защиты и конкретные меры по ее реализации.
Следует выделить специально организованных субъектов защиты прав врачей. Первый из них – это профессиональный союз медицинских работников. Опросы показывают, что у врачей сохраняются прежние патерналистские ориентации в отношении профсоюзов. Они расцениваются преимущественно как источник льгот. Среди медицинских работников сохраняются позитивные ожидания по поводу способности профессионального союза защитить их права, несмотря на то что ни правовой, ни экономической поддержки они от него не получают в том объеме, который необходим.
Вторым и принципиально новым субъектом защиты прав врачей выступают страховые компании. Страховая защита – одна из самых надежных, прежде всего в ситуациях врачебных ошибок. Сейчас обязательное страхование профессиональной ответственности медицинских работников особенно актуально, потому что позволяет:
- обеспечить гарантии возмещения вреда в случае его причинения при оказании медицинской помощи;
- уменьшить убытки медицинских организаций, обусловленные возмещением вреда;
- снизить риск банкротства и ликвидации медицинских организаций, когда такой риск обусловлен невозможностью погашения задолженности из-за отсутствия денежных средств;
- снизить объем убытков у государства, на которое в ряде случаев может быть возложена ответственность как на собственника по долям созданных им учреждений и организаций;
- снизить уровень конфликтности, так как для пациента гарантировано возмещение причиненного ущерба, а для врача обеспечен механизм разрешения данного юридического конфликта.
В принципе, права врачей лучше других должны защищать профессиональные ассоциации, как это делается в западных странах. У нас ситуация несколько иная. Опросы показывают, что врачи относятся к своим ассоциациям как к потенциальным защитникам их прав, но механизм защиты прав врачей медицинскими ассоциациями разработан пока недостаточно: их заключения не имеют юридической силы в судах, они не признаются партнерами в выработке экономической стратегии здравоохранения. Несколько большее влияние имеют независимые этические комитеты лечебно-профилактических учреждений – их заключения могут приниматься судами, хотя все зависит от позиции судьи. Но врачи пока редко прибегают к помощи этических комитетов для решения профессиональных проблем.
Поскольку ни ассоциации, ни этические комитеты пока не обладают действенными механизмами защиты юридических, экономических, моральных и других прав врачей, можно предложить им объединить свои усилия с теми социальными субъектами, у которых эти механизмы есть, но которые не имеют непосредственного отношения к профессиональной группе врачей, – со страховыми компаниями. Распределение функций между этими субъектами можно представить следующим образом. Страховые компании осуществляют страхование профессиональной ответственности согласно договорам. Медицинские ассоциации осуществляют информационные и организационные мероприятия по страхованию среди медицинских работников, а также могут выступать заказчиками страховых услуг (при условии внесения некоторых изменений в законодательство). Этические комитеты ЛПУ проводят экспертизы страховых договоров и экспертизу страховых случаев в досудебных ситуациях.
Полагаем, что такая кооперация позволит продвинуться вперед в деле социальной защиты не только врачей, но и медицинских работников в целом.
Также анализ законодательства в сфере охраны здоровья, в частности законов РФ, принятых за последние два года, показывает, что регламентация прав пациентов и прав медицинских работников в них не согласована, нет корреляции прав врачей и обязанностей пациентов, хотя уже заявлена корреляция прав пациентов и ограничений профессиональной деятельности врачей. Налицо асимметричность связи прав пациентов и прав медицинских работников: врачи выступают как защитники прав пациентов, в социальную роль пациента аналогичная функция не входит.
Безусловно, в новом
Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ (далее – Закон) более детально и полно учтены все те новые тенденции в отечественной медицине и здравоохранении, которые проявились в период после вступления в силу Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан в 1993 г. Большое внимание уделено процессу оказания медицинской помощи, стандартам ее оказания, информированности пациентов, взаимоотношению между врачами, фармспециалистами и фармкомпаниями. Положительным является то, что данный Закон соответствует двум другим недавно принятым Законам РФ:
«Об обращении лекарственных средств» и
«Об обязательном медицинском страховании».
В ст. 2 Закона содержится ряд важных определений. Прежде всего, это определение понятия «пациент»:
«9) физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния». Это означает, что социальная роль пациента определяется его взаимоотношениями с врачом или другим медицинским работником.
Коррелирует с этим определение понятия «медицинский работник»:
«13) физическое лицо, которое имеет медицинское или иное образование, работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности, либо физическое лицо, которое является индивидуальным предпринимателем, непосредственно осуществляющим медицинскую деятельность».
Таким образом, процесс оказания медицинской помощи и процесс получения медицинской помощи – это взаимодействие врача и пациента, пациента и медицинского работника.
Однако в Законе дается иное определение «медицинской помощи»:
«3) комплекс мероприятий, направленных на поддержание и(или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;
4) медицинская услуга – медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение».
Здесь полная неопределенность понятия «медицинская помощь» компенсируется внятным и четким определением понятия «медицинская услуга». Полагаем, что медицинскую помощь нужно было определить именно как «взаимодействие», в противном случае она оказывается тождественной «вмешательству». В Законе такое взаимодействие подразумевается, но соотносится с медицинской помощью только через понятие медицинской услуги.
При этом субъект предоставления услуги не определен. Медицинский работник ее оказывает, но услугодателем является не он, а юридическое лицо. Поскольку данный аспект в Законе не прописан, то неверное представление пациентов о врачах как «представителях услуг» будет иметь место и в дальнейшем.
Правам пациентов и обязанностям медицинских работников посвящены 17 статей Закона, за нарушение которых предусмотрены различные формы ответственности (административная, дисциплинарная, гражданско-правовая, уголовная). Однако в Законе отсутствуют специальные статьи, гарантирующие правовую защищенность врача.
Права пациентов по сравнению с ранее действовавшими Основами 1993 г. систематизированы и представлены в виде семи блоков, что позволило избежать неравномерности их формулировки по объему и содержанию. При этом дифференцированы (по крайней мере, в заголовках статей) право на охрану здоровья и право на медицинскую помощь: глава IV «Права и обязанности граждан в сфере охраны здоровья» содержит ст. 18 «Право на охрану здоровья» и ст. 19 «Право на медицинскую помощь».
В новом Законе права и обязанности пациентов и медицинских работников не согласованы. Правам медицинских работников посвящена ст. 72 «Права медицинских работников и фармацевтических работников и меры их стимулирования». Но п. 1 ч. 1 данной статьи предусмотрен
Конституцией РФ, пп. 1, 3, 5 ч. 1 –
Трудовым кодексом РФ.
Всего прав медицинских работников в документе 7. Но в большинстве своем это права их как граждан России, уже закрепленные в других правовых документах. Корреляция с правами пациентов проведена в ст. 74 «Ограничения, налагаемые на медицинских и фармацевтических работников при осуществлении ими профессиональной деятельности». Предусмотрено 6 ограничений для медицинских работников и 4 – для фармацевтических. В целом ограничения сформулированы так, чтобы соответствовать целям защиты прав пациентов – и в этом достоинство документа. Но не прописано обратное соотношение – обязанностей пациента как соответствующих задачам защиты прав медицинских работников.
Обращает на себя внимание ст. 27 «Обязанности граждан в сфере охраны здоровья». Обязанностей немного, они носят абстрактный характер, и остается неизвестным, какую ответственность несет пациент за их невыполнение. Но не может не радовать сам подход законодателей, которые соотнесли права и обязанности, ведь ранее считалось, что пациент имеет только права. Представляется целесообразным дальнейшее развитие законотворчества в этом направлении, поскольку ответственность за неисполнение обязанностей можно и нужно связать с правом на обязательное или добровольное медицинское страхование, например, те, кто систематически не выполняет обязанности, должны терять и право на обязательное медицинское страхование.
Евгений Матвеев
Источник: Первый пермский правовой портал
Материалы по теме
