Условия для тяжбы

• 8 Апреля 2011

Кровавый случай в лесу Где-то в чернушинских лесах находится лесопилка Александра Лисицына. На ней работал помощник стропальщика Михаил Медведев. Работал, пока не получил бревном по голове. Случилось это 27 февраля 2010 года на пилораме Р-63 Б. Материалы дела умалчивают, как там оказался помощник стропальщика: его рабочее место было под кран-балкой. Два месяца Михаил Медведев лечился. Еще на месяц врач запретил ему поднимать что-либо тяжелее 10 кг. С этой вестью помощник стропальщика прибыл 12 мая к своему нанимателю. Предъявил справку из стационара, больничный лист и попросил работу полегче. Александр Лисицын платить отказался и заявил: «Нет у меня легкой работы. Ты уволен». «Уволен» - глагол не совсем точный за отсутствием трудового договора. Поэтому Михаил Медведев требовал у районного судьи: признать отношения трудовыми; допустить до работы; признать несчастный случай на производстве; взыскать выплаты по больничному листу, среднюю зарплату за май-декабрь, моральную компенсацию. Районный судья удовлетворила эти требования, а кассаторы изменили (07.02.2011, N 33-757). Они фактически согласились с ответчиком, что несчастный случай произошел по небрежности истца. Ведь Михаил Медведев проходил инструктаж по технике безопасности. Помощник стропальщика не привел доказательств, что наниматель направил его на пилораму с основного места работы. Поэтому компенсацию следует сократить до 10 тыс. рублей. Михаил Медведев просил работу, где отсутствует тяжелый труд. Здесь применяется не ст. 184 «Гарантии и компенсации при несчастном случае», а ст. 73 ТК РФ. Последняя говорит о временном переводе на другую работу, которая соответствует медицинскому заключению. Если сотрудник отказывается от перевода или подходящее место отсутствует, то наниматель отстраняет сотрудника от работы с сохранением должности. О сохранении зарплаты речь не идет. Иное может предусматривать трудовой договор, например. Но суд первой инстанции не исследовал локальные акты лесопилки. С другой стороны, наниматель обязан отстранить от работы того, кому она запрещена медицинским заключением (ст. 76 ТК РФ). В итоге краевые служители Фемиды отправили дело на новое рассмотрение – в части взыскания заработной платы. Трудолюбивый японец и русское «авось» 21 августа 2009 года машинист автомобильного крана Владимир Волков поехал за очередным контейнером MSKU. Его вес оказался равным 21 т – в 2 раза больше грузоподъемности. Крановщик пошел к мастеру смены транспортно-хозяйственного цеха ОАО «Губахинский машиностроительный завод» Бюбюжан Орловой. Та дала письменное разрешение: «А что делать? Уволят ведь». Все закончилось, как и должно было. Стрела погнулась в коренной части, гидроцилиндр подъема стрелы вышел из строя. Крановщику и начальнику смены завод вчинил иск на 304 тыс. рублей за умышленное причинение вреда (ст. 243 ТК РФ). Губахинский судья не увидела умысла в действиях ответчиков. Кассаторы поддержали (14.02.2011, N 33-1327) свою коллегу. Завод не разработал технологическую карту на погрузку и разгрузку (пп. 9.5.13, 9.5.18 ПБ 10-382-00). Имеющаяся карта не содержит алгоритма разгрузки контейнера MSKU. Причем разгрузки краном «Мицубиси», с указанием на грузовысотные характеристики и т. д. У крана был ограничитель грузоподъемности. Но без пломб. И показания его не соответствовали фактическим. Эксперты насчитали 109 перегрузов за время эксплуатации крана. То есть напряженно-деформированное состояние стрелы все время усугублялось. Краевые судьи не забыли и старшего механика транспортно-хозяйственного цеха, который несет ответственность за содержание кранов. Он выделил кран без письменной заявки от контрагента завода (подп. «е» п. 9.5.13 ПБ 10-382-00). Далее судьи указали: надзор за безопасной эксплуатацией кранов осуществляет начальник транспортно-хозяйственного цеха. Он не выдал ответчикам технологические карты. Поэтому Бюбюжан Орлова контролировала выполнение работ без технологической карты. В этом и заключается ее вина. Из-за отсутствия карты машинист крана не мог определить: возможно ли выполнение работы. А ограничитель грузоподъемности был неисправен. Задание было организовано ненадлежащим образом. Его выполнение само по себе не свидетельствует об умышленном причинении вреда. В данном случае ответчики поступили неосторожно, были недостаточно предусмотрительны и не предполагали отрицательных последствий своих действий. Наши герои понесут материальную ответственность в пределах среднего месячного заработка (ст. 241 ТК РФ). Владимир Волков отдаст 10 тыс. рублей (2/3 зарплаты), Бюбюжан Орлова – 5 тысяч (1/5 зарплаты). Призрачная поликлиника В сентябре 2008 года студентка Ирина Зимородкова заключила договор с Пермским медицинским институтом о подготовке в интернатуре. Оплатила подготовку поликлиника N 99. Через год интерн доросла в поликлинике до врача-офтальмолога. Оплату обучения ей предстояло отрабатывать еще 9 лет. Но уже второй год отработки оказался несладким. В кабинете присутствовало далеко не все оборудование. Инструменты приходилось покупать за свой счет. Медицинских препаратов не хватало. Ирина Зимородкова подала служебную записку. Ответа не было. Правда, через месяц, 22 марта 2010 года, главный врач указала молодой медичке на невыполнение плана посещаемости и потребовала отработать без оплаты труда. (На самом деле план выполнялся.) 24 марта последовала еще одна служебная записка. Каким был ответ – пусть читатель догадается сам. Летом Ирина Зимородкова сдала экзамены в ординатуру одной из пермских клинических больниц. Поэтому главный врач поликлиники потребовала в Кировском суде возместить расходы на интернатуру – 37 тыс. рублей. Одной инстанцией дело не ограничилось. В итоге люди в мантиях установили (14.02.2011, N 33-1508): сотрудник возмещает расходы при соблюдении совокупности условий. Именно: Сотрудник направлен на обучение работодателем. Обучение шло за счет работодателя. Обязательство работодателя оплатить обучение, а сотрудника – отработать эти деньги закреплено трудовым договором или соглашением об обучении. Сотрудник уволился до истечения срока, который оговаривался трудовым договором (соглашением об обучении). Причина увольнения не является уважительной (ст. 249 ТК РФ). Одна из уважительных причин увольнения по инициативе сотрудника – нарушение трудового договора (ст. 80 ТК РФ). Ирина Зимородкова доказывала, что главный врач ненадлежащим образом исполняла свои обязанности по трудовому договору: не обеспечила оборудованием, инструментами, препаратами. Краевые судьи посчитали: ответчик не представил доказательств того, что все перечисленное делает продолжение работы невозможным. В ответ офтальмолог заявила, что может привести свидетелей. (С этим она опоздала: надо было приводить в первую инстанцию.) Еще одной уважительной причиной является поступление в образовательное учреждение (клиническую ординатуру). По этому поводу члены коллегии сказали: ответчик не представил достоверных и достаточных доказательств, что из-за учебы продолжать работу невозможно. Итак, с учетом уже отработанных 2 лет, Ирина Зимородкова возместит поликлинике 33 тыс. рублей. Андрей Пепелышев Источник// «КонсультантПермь» 2011, №4